• 0 подписчиков
    • 985 постов
    • 782 в грячем
    • 4031 плюс
    • 0 минусов
    • 0 комментариев
    • На сайте 4 года 1 месяц 27 дней,
    • наскролил(а) ,
    • Рейтинг 4895

Как скоротать вечность

Ответ на пост «Он ошибся, он больше не будет»

Служил в молодости в ППС, взяли мы как то в плен одного негодяя, он возле ночного клуба на людей кидался, меня пытался ударить, привозим его в дежурную часть, его инспектор оформляет, а перед посещением в камеру все ценные вещи сдаются на хранение дежурному, а тут лежит красавчик в наручниках, хуями нас кроет и пытается укусить, а золота на нём как в ювелирном магазине, прижали мы его к полу и я начинаю изъятие :), а прямо на нас смотрит камера, я снимаю золотую цепь с крестом, золотой браслет, часы в жёлтом корпусе, намылили ему руку сняли два болта золотых, всё массивное и тяжёлое, кошелёк набитый, и между делом так разговариваю с напарником, мол завтра лоха выпнем на улицу, золотишко поделим, только дежурному нужно отстегнуть чтобы прикрыл, напарник с серьезным видом поддакивает, хулиган начинает орать " Караул грабят", на него никто внимания не обращает, он плакать начал, я золото и шнурки дежурному сдал под опись и мы дальше пошли бдить. С утра сдали оружие, стоим на крыльце, выходит это чудо, всё на нём, шнурки в руке, видит меня и начинает улыбаться, махнул рукой и пошёл куда то. А меня потом начальник отдела выебал на пол шишки, чтобы так больше не шутил.

Спасите мое радио

Единственное, что я ненавижу в своей работе учителем средней школы – это ежегодная проверка проектов на тему «Живая история». Предполагается, что дети берут интервью у своих бабушек или дедушек, спрашивая их о молодости, сохраняя эти воспоминания для потомков. Ну и для того, чтобы поднять свой средний балл. Интервью может быть в видеоформате, аудиоформате, либо в письменном виде.

Семнадцатилетний опыт в проверке подобных заданий подсказывал, что ждать чего-то особенного не стоит. Тем более, в этом году поток был не самым одарённым.

Придя домой, я налила себе бокал вина и приготовилась к долгой ночи, наполненной рассказами по типу «В твои годы у меня было всего две пары штанов» и «Мой брат получил ремня за то, что его мяч попал на соседский участок». И, конечно, все эти рассказы были аккуратно приправлены бесхитростными расистскими и сексистскими комментариями, которыми обычно разбрасываются люди старшего поколения.

В моем классе учится девочка, которую я буду называть Оливией. Она была тихоней с пухлыми щечками, которая никогда не получала оценок выше четверки. Я ожидала, что ее проект будет таким же непримечательным, как и она сама. Возможно, именно поэтому я была так глубоко встревожена тем, что я увидела тем вечером.

Оливия почему-то сдала два диска, так что я решила начать с того, на котором написано «Интервью». Изображение дважды оборвалось перед тем, как на экране появилось зернистое изображение гостиной. Комната была похожа на рай барахольщика. Оливия сидела, сжавшись на кресле, сминая в руках тетрадку, словно испуганный зверек. Напротив нее сидел мужчина с мрачным выражением лица, курящий сигарету.

«Давай, начинай», – прошептал женский голос за кадром. Комически огромные глаза Оливии сначала посмотрели в камеру, прежде чем сфокусировать свое внимание на мужчине.

«Со мной сейчас мой двоюродный дедушка Стивен, – она сказала почти неслышно. – И он расскажет нам свои воспоминания об армии».

Казалось, будто двоюродный дедушка Стивен скорей хотел бы оказаться в окопе, чем здесь, но он терпеливо ждал вопросы.

Сначала Оливия начала читать заранее подготовленные вопросы с листочка, который я им выдала. Его ответы были достаточно краткими. Пару раз за кадром слышался голос мамы девочки: «Оливия, говори погромче». Скукота, как и всегда.

Самое интересно началось, когда Оливия убрала тетрадку и начала задавать свои вопросы: «А тебе вообще нравилось в армии?»

Они явно не обсуждали эти вопросы заранее. Двоюродный дедушка Стивен издал хрип, который можно услышать у каждого заядлого курильщика: «Не особо. Но я был рад тому, что мне удалось выбраться из родного городка».

«А куда ты отправился?»

«На Балканы».

«Ого», – сказала она. Сомневаюсь, что она знает где это, потому что ее следующим вопросом было: «Сильно ли Булканы отличаются от нашего города?»

«Да».

За кадром раздался кашель, возможно мама пыталась намекнуть двоюродному дедушке Стивену, чтобы он был чуточку поактивнее.

Однако у Оливии явно разгорелось любопытство. «Дедушка Стивен, – спросила она, – а какое у тебя самое худшее воспоминание из армии?»

Немолодой мужчина смахнул пепел в пепельницу и медленно встал с кресла. «Сейчас вернусь», – пробормотал он. Изображение пропало.

Когда экран снова загорелся, изображение осталось все тем же, только на столе поверх всего мусора теперь лежали несколько листов бумаги. Один из них двоюродный дедушка Стивен держал в руках.

«Я был совсем ребенком, когда поступил на службу, – сказал он, смотря на Оливию. – Ровесником твоего брата». Оливия кивнула. «Я никогда не видел настоящего боя. Каждый раз меня отправляли в города Восточной Европы, которые были разрушены в ходе гражданских войн. Одни руины. Я чувствовал себя дворником, что меня пиз…»

«Кхм!» – попыталась спасти ситуация мама.

Двоюродный дедушка Стивен вздохнул и опустил взгляд на бумагу. «Мой отряд был отправлен в школу, от которой почти ничего не осталось. Битые стекла, обваленные стены, но что поразило меня больше всего – школа находилась в таком состоянии уже несколько лет. И никто ничего с этим не делал. Я видел, как дети проходили мимо нее, чтобы попросить денег или какой херней они там…»

Камера наклонилась к полу, и я услышала, как мама что-то строго шепчет двоюродному дедушке Стивену. Я не слышала точно, что она говорит, но вполне могла представить.

«Ты хочешь услышать историю или нет? – рявкнул он в ответ. – Тогда я буду рассказывать ее так, как хочу».

«Мам, – вмешалась Оливия, – не перебивай, пожалуйста».

«Ты будешь потом это всему классу показывать?»

«Нет, мама, мы просто сдаем это учителю».

«Наверняка он и не такого дерьма наслушался, – добавил двоюродный дедушка Стивен. Я, конечно, не «он», но в остальном он оказался прав.

Камера вернулась на исходное положение.

«Ладно, меньше болтовни», – проворчал он. Он поднял листок бумаги почти вплотную к своему лицу. «Я нашел это письмо в подвале. Я ни слова не понял, но мой товарищ смог мне его перевести. Сначала я тебе его прочитаю. А потом расскажу, что видел в подвале.»

По моей спине побежали мурашки. Мама увеличила изображение двоюродного дедушки Стивена. Листок дрожал в его ослабленных старостью руках. Он начал читать:

Уважаемый господин,

Я никогда не любил свою страну. Множество бед и разрушений являются последствием патриотизма, и мне не важно, какое название у моей страны на карте. Любая бойня является бессмысленной, поэтому я стараюсь держаться от этого подальше. Но отнюдь не нападения и насилие унесли жизни моей жены и нашего ребенка. Это была болезнь. К счастью, смерть сжалилась над моим ребенком, и он ушел без особых мук. Надины страдания растянулись на долгое время. Я мог лишь с ужасом за этим наблюдать, не в силах ей помочь. Единственным утешением было то, что я всегда был рядом. Я перестал ходить на работу, и никто не интересовался, где я. Наверно, они даже не заметили моего отсутствия. Школа находилась не так далеко от моего, я видел ее из окна. Я бы мог приходить туда хотя бы на пару часов, а потом возвращаться домой. Но какой смысл? Я же просто мыл полы. Я был бесполезен как для мира, так и для моей семьи.

Я пытался отвезти Надю в больницу, но путь был далекий и недешевый. В ту же ночь, когда мы вернулись домой, она умерла.

После того как Нади и малышки не стало…все как в тумане. Я не выходил из своей лачуги, ничего не ел и почти не спал. Не один раз меня посещали мысли о суициде. Мысль об этом была очень соблазнительна, но я был парализован своим горем.

Единственное, что удерживало меня от полного падения в яму отчаяния было радио. Я никогда его не выключал. Если честно, я мало что понимал – единственная волна, которая ловилась была на английском (вроде как). Но сам факт того, что я слышал голоса и музыку, вселил в меня веру, что где-то еще сохранилась мирная жизнь свободная от вечных бомбежек.

Не знаю, сколько прошло, прежде чем я снова увидел дневной свет. Голова шла кругом от голода, мне нужно было найти еду. Радио я, конечно же, взял с собой. Оно было моей единственной компанией на все время моего заточения. Оно говорило со мной перед сном и после пробуждения. Я не понимал ни слова из того, что оно говорило, но понимал, что оно мне нужно, как воздух.

Когда мои запасы продовольствия и воды начали истощаться, я понял, что мне пора возвращаться на работу. Так я и сделал. Следующим утром я вернулся в школу на свою позицию уборщика.

Никто не спрашивал, где я пропадал. Как я уже сказал, Надина болезнь протекала на протяжении долгого времени, и некоторые учителя об этом знали. Я благодарен, что никто не заставлял меня вернуться на работу в такое тяжелое для меня время. Учителя со мной особо не общались, но всегда приветливо улыбались при встрече.

За время моего отсутствия работенки накопилось много, поэтому я взял швабру, тряпки и принялся за работу. Я знаю, что все рады моему возвращению. А еще никто не был против моего радио. Я везде носил его с собой, поставив самую низкую громкость, чтобы никому не мешать. Жалоб никаких не было. Мне кажется, им это даже нравилось.

Школа не очень большая, но требует большого ухода. Полы всегда липкие и в пятнах, поэтому большую часть времени я провожу со шваброй руках. Где дети, там и беспорядок - наверное, поэтому у меня всегда будет работа. Иногда мне приходится передвигать мебель, чтобы убедиться, что пол полностью чистый, но мне это не в тягость.

И ремонт! Школа всегда нуждается в ремонте, и я с радостью помогаю. Иногда я чиню парту, которая сломалась, слушая звуки, которое издаёт радио, иногда занимаюсь более серьезными вещами. В такие дни, когда у меня есть подобная работа, я чувствую себя по-настоящему полезным, как винтик в большом механизме. Что бы эта школа делала без меня? Мне потребовалось много времени, но я снова чувствую, что у меня есть цель.

В школе есть кладовка, полная различных консервов. Вместо оплаты мне разрешено брать столько еды, сколько мне нужно. Такой расклад меня вполне устраивает - что я вообще буду делать с деньгами? Раньше я брал еду и ел ее дома, но, когда я стал ночевать в подвале, никто, кажется, не обратил на это внимания. Эта школа для меня особенная, и я не могу оставить ее без охраны.

Когда меня одолевают воспоминания о жене и ребенке, я увеличиваю громкость радио, чтобы заглушить эти мысли. Это единственное, что мне помогает.

Но не этим утром.

Этим утром я проснулся от звенящей тишины.

Я начал лихорадочно осматривать радио в поисках возможной поломки. Я пользуюсь им настолько долго, что уже забыл, когда впервые включил его. Неужели оно просто дожило свой век и испустило свой последний вздох? Я потратил целый день, пытаясь починить его. Большую часть этого времени я плакал. Без него я схожу с ума.

Я решил, что, если я не починю его к закату, то я покончу с собой. Я пишу это, потому что солнечного света становится все меньше и меньше, и я начинаю принимать свою судьбу.

Я думал о том, как в последний раз пройдусь по коридорам своей школы, попрощаюсь с учениками и учителями. Я знаю, что по мне будут скучать. Но я не могу заставить себя покинуть эту комнату. Как я могу уйти, зная, что здесь лежит мое безжизненное радио?

Слез больше не осталось. Дышать становится все тяжелее. Меня вырвало тем, что было в желудке, и у меня снова кружится голова, как после смерти Нади. Желания жить все меньше.

Но прежде чем покончить с жизнью, я закрыл дверь в комнату и подставил под ручку стул. Это единственная комната в подвале, в ней есть небольшая створка, которая пропускает достаточно света, чтобы я мог видеть, что делаю. Если кто-то соблаговолит прийти на мои поиски, он не увидит это жуткое зрелище. Возможно, они увидят, что дверь заблокирована, почувствуют запах моего гниющего тела и просто забудут о моем существовании.

Но это письмо и радио я оставил снаружи комнаты. Добрый господин, если Вы это читаете, у меня к Вам лишь одна просьба: почините его. Спасите мое радио. Оно не заслужило смерти во сне, и мне стыдно, что я не смог его оживить.

Теперь я готов воссоединиться с Надей и маленькой Людмилой в раю. Надеюсь, школа сможет найти нового уборщика, который будет, как я, вкладывать душу в свою работу.

Час настал. Не забудьте про радио.

Станислав

Когда мама отдалила изображение, я увидела в глазах Оливии слезы.

«Спасибо, что поделились с нами, дедушка Стивен, – сказала мама дрожащим голосом. – Думаю, мы сняли все, что нам было нужно».

«Постой, – вмешалась Оливия. – Это ведь еще не конец. Что ты там нашел?».

Но дедушка не успел ничего сказать, как запись оборвалась. У меня отпала челюсть. Что в итоге? Что же дедушка Стивен там увидел?

Я тут же вспомнила, что еще был второй диск. Он не был помечен, но я наделась, что там записано продолжение.

Изображения не было, только звук. Я услышала голос Оливии.

«Здравствуйте, Мисс Джеррети. Извините, но мама не захотела записывать концовку дедушкиной истории. Но я попросила его закончить историю и записала все на диктофон в телефоне. Помнится, в начале этого года вы сказали, что историю пишут те, кто выигрывает войны, – она тяжело вздохнула и начала плакать. – Но даже если ты был жалким человеком, который никогда в жизни ничего не выигрывал, твоя история все равно заслуживает быть услышанной. Мне плохо спится после этой истории, но вы должны ее услышать».

Я чувствовала, как мои глаза наливаются слезами. Меня поразила искренность ее слов. Меня грела мысль о том, что она запомнила мои слова, которые я, в свою очередь, услышала от своего учителя истории.

Прежде чем я совсем расклеилась, запись продолжилась.

«Ладно, – послышался раздраженный голос матери. – Если ты хочешь дослушать историю – пожалуйста, но вставлять такое в школьный проект мы не будем».

«Дай ты мне уже закончить, – сорвался дедушка. – Если на тебя это так влияет, то иди на кухню и перекуси. Но Оливия хочет знать, чем все закончилось».

Мама что-то пробормотала и ушла. Оливия и ее дедушка остались одни. Я представила, как она выжидающе смотрит на него.

«Так ты нашел радио? Или от него ничего не осталось в результате бомбежек?»

Он прокашлялся, и послышался щелчок зажигалки.

«На том письме, – медленно начал он, – стояла дата».

«Какая дата?» – с любопытством в голосе спросила она.

«Две недели до того, как мы стали восстанавливать школу».

«Но ведь ты сказал, что ее разрушили еще два года назад».

«Да, – сказал двоюродный дедушка Стивен. – Так и было».

Наступила тишина, и я почувствовала, как покрываюсь мурашками. Мне было трудно выразить образы, пришедшие мне в голову, но двоюродный дедушка Стивен без труда облек их в слова. Наверняка он думал об этом всю жизнь.

«Этот мужчина, Станислав, пришел в разрушенную школу и как ни бывало убирал кровь и обломки, словно это были пролитые напитки и пыль. Он улыбался трупам в коридоре и верил, что они улыбаются ему в ответ, потому что им нравится его радио. Он передвигал трупы, чтобы подмести под ними полы. Крыша здания была наполовину обрушена, поэтому, когда шел дождь, он промокал до нитки, но явно ничего не чувствовал».

Я слышала тихие всхлипы Оливии.

«Я нашел кладовку, о которой он говорил. Там действительно была маринованная и консервированная еда, но готов поклясться, что на вкус она была полным дерьмом. Почти все они покрылись плесенью».

«И ты видел его труп?»

«Да. Висел под потолком, но он был…словно живой. Он даже не начал разлагаться. Значит прошло не много времени».

«Как думаешь, ему было больно?» – она спросила с ноткой отчаяния в голосе.

«Не знаю. Запах стоял ужасный, его лицо было посиневшим, а глаза вываливались из глазниц. Вот так». Видимо, он решил продемонстрировать ей для наглядности.

«А радио», – спросила Оливия сквозь рыдания.

Двоюродный дедушка Стивен глубоко затянулся сигаретой. «Оно было там, в целости и сохранности. И все еще работало».

Перевод мой. Оригинал

Не перешли на ты

Алюминий в хату

Только что наткнулся на странную, но очень подозрительную статью: https://stroyday.ru/news/stroiteli-rossii-naceleny-na-massov...

Коротко для ЛЛ: кто-то активно пропихивает возврат алюминия в жилые и общественные здания в качестве замены меди. Якобы разработан убер-сплав "восьмой серии" (даже не знал, что они сериями выходят). Статье, правда, уже скоро год.

«К числу безусловных преимуществ кабеля из сплавов 8ххх серии относятся улучшенные характеристики пластичности, стабильность контактных соединений, защищенность от контрафакта и уменьшение веса кабеля до 30%. И, конечно, нельзя не отметить возможность экономии бюджета до 50% при переходе с медной кабельной продукции на кабель из сплавов 8 серии», — сказал Михаил Рудык, эксперт Алюминиевой ассоциации.

Автор статьи, некто Артём Масальский, утверждает: "Благодаря цене и других преимуществам широкое применение позволит закончить уже возводимые домостроения в положенный срок без внезапного скачка стоимости: по мнению Алюминиевой Ассоциации, «летучий металл» позволит снизить цены на нынешние проекты в 2 раза."

Интересно, с каких это пор разница в цене материала, используемого на проводку, становится настолько определяющей, что весь проект сразу в два раза в цене падает? Я даже не имею ввиду, что вся цена квартиры резко вдвое снизится, достаточно лишь заменить медь алюминием в той паре-тройке сотен метров, которые, обычно, достаточны для двушки - оставим неоднозначность формулировок на совести журналиста. Меня больше интересует, как он смеет утверждать даже элементарное снижение стоимости только лишь электрики?

Для примера, я, как самозанятый электрик, то есть без бухгалтерии, директора и прочих нахлебников и отчислений (хотя налог оплачиваю, но прочих всяких не кормлю), недавно просчитал проект электрификации небольшого коттеджа 9*5. Установочные Шнайдер, автоматы ИЕК, кабель ВВГ по ГОСТ, то есть без особых изысков, надёжно и по цене демократично. В проекте кабеля на 29к, установочных на 11.4к, работы на 55.7к, то есть всё вместе 96.3к. Автор статьи утверждает, что из-за разницы в цене алюминия "8ххх серии" и меди цена проекта снизится вдвое. Делим 96.3 пополам и получаем 48,15к, что тупо меньше моей зарплаты в данном проекте. Не говоря уж о сдаче обрезков в приёмку...

Для сравнения можно взять силовой кабель маркировки АсВВГнг(А)-LS из алюминия, имеющий сечение 3х4 мм и медный ВВГнг(А)-LS, имеющий сечение 3х2,5 мм: алюминиевый кабель с большим сечением в 2 раза дешевле, чем кабель из меди с меньшим. Таким образом, чем больше сечение жил, проводящих ток через кабель, тем существеннее разница в стоимости меди и алюминия», — поведал Антон Соколовский, квалифицированный инженер-энергетик фирмы «Главстрой регионы».

Эмм... у меня вопрос и к этому товарищу - пробовали ли вы, Антон, впихнуть две жилы сечением 4 мм2 под клемму розетки, например, если их надо группу посадить? Возьмём, к примеру, вполне качественные и очень распространённые шнайдеровские ATLAS DESIGN (например, артикул ATN000140) (не реклама, просто я действительно считаю эту серию оптимальной - был очень большой участок работ, в которых я их и монтировал, и наблюдал). Как-то раз мне пришлось пихать туда 4 мм2, хорошо хоть не шлейфом. Или алюминиевые 4 квадрата более "вставляющиеся", чем медные? А заодно, ещё один вопрос, который в статье не освещён - будут ли выпускать 1,5 мм2 для, например, освещения? Или уважаемый Антон умеет пихать в патроны лампочек провод сечением 2,5 мм2? Или на такое нарушение всё же никто не пойдёт?

А что уважаемое сообщество думает по поводу возвращения алюминия в дома?

P.S.: пожалуйста, не надо кидать в меня тапками по поводу расценок, вы не видели проект и количество труда в нём, а я, по понятным причинам, не могу раскрывать детали.

P.P.S: я не говорю, что впихнуть 2.5 в лампочку, или 4 в розетку - невозможно, я говорю, что это труднее, чем 1.5 и 2.5 соответственно, а значит, цена работы должна только вырасти, но уж точно не снизиться.

Жесть на дороге

16 пострадавших. Могло быть хуже.

Если присмотреться, водитель грузовика жестикулирует водителю автобуса

Итальянский городок

Компактное обеденное или рабочее место

Подол

Ксюша

Fastler - информационно-развлекательное сообщество которое объединяет людей с различными интересами. Пользователи выкладывают свои посты и лучшие из них попадают в горячее.

Контакты

© Fastler v 2.0.2, 2024


Мы в социальных сетях: