Воспоминания вдруг нахлынули

Деревенские дети рано начинают понимать, что значит «умереть». Умер, значит, перестал дышать, двигаться, пищать… Например, умерла маленькая мышка, которую домашняя кошка в зубах принесла своим котятам; так и не вылупившись, умер в яйце маленький цыпленок; гусёнка неопытная мамаша-гусыня затоптала в плетеном гнезде под койкой.

Да! Так и было: гуси неслись дома. Мама с бабушкой по каким-то только им известным приметам узнавали, что гусям пора откладывать яйца –  заносили в дом старые ивовые корзины-гнёзда, любовно устилали их соломой и ставили под кровать. Наседок учить не нужно было: они к своему сроку подходили к крыльцу, громким криком оглашали двор, ставя в известность всю округу – готовы!

Сделав свое дело, гуси просились на улицу. И так в течение 3-4 недель.

Мама каждый раз в гнезде оставляла только одно яйцо – первое. Остальные же помечала цифрой, обмакнув щепку в чернильницу, и аккуратно складывала в коробку, застеленную стеганой фуфайкой или старой теплой шалью. Когда гусыня подолгу оставалась в гнезде, по-особому щелкала клювом и усиленно утеплялась своим мягким пухом, становилось понятно: пришла пора на яйца садиться! Мама, помню, о чём-то шептала птице, подкладывая яйца под неё, гладила крылья, шейку, потом отодвигала плетёнку поглубже под кровать и опускала покрывало. Начиналось время ожидания чуда, появления пушистых комочков – гусят. В это время нам, детям, строго-настрого запрещалось заглядывать под койку или смотреть в окно с улицы: гусыня не захочет яйца высиживать, и тогда птенцы уже никогда не появятся – умрут…

Однажды бабушка нашу всеобщую любимицу – овечку Майю – нашла в сарае мертвой: животное, видимо, хотело полакомиться сеном из яслей, находящихся в загоне для телят, просунула голову между жердей, а обратно вытащить не сумела. У нее новорожденный ягненочек остался. Мы его назвали Ятим (сирота), носили на руках, кормили коровьим молоком из бутылочки с соской, а сестра Нурия ночью его с собой даже в постель умудрялась укладывать  (зимой маленькие ягнята и даже теленок дома находились).

Деревня наша небольшая была – всего 22 двора. Летом в пастухи к нам никто не нанимался (какой заработок от небольшого стада?!), поэтому сельчане скот пасли сами – по очереди. За корову и телку по одному дню, еще один день за какое-то количество овец. За лето раза три-четыре приходилось деревенское  стадо пасти.  В хорошую погоду за табуном ходить – одно удовольствие! Но в нашу очередь довольно часто  приходилась

непогода. Земляки в засушливые годы не то в шутку, не то всерьез просили: «Муса абзый, может, возьмёшься табун пасти, ведь без урожая и сена останемся, дожди-то бывают только в твою очередь». Не знаю, простое совпадение это или мистика, но в день похорон нашего папы (это было 13 августа 1989 года) среди ясного неба вдруг появилась небольшая тучка и полилась мелким дождичком на иссохшую и потрескавшуюся от засухи землю. Казалось, небо плакало вместе с нами, прощаясь с человеком, который жил под ним, трудился, растил детей…

Наверное, в ту пору мне лет пять было – не больше. За папой и моим братом Маратом, который старше меня на 3 года, на пастбище увязалась и я. Помню, пригнали мы тогда стадо на колхозное поле, с которого молодую кукурузу на силос убирали. Кормоуборочный комбайн скашивал стебли, измельчал их и тут же загружал в тележку трактора «Беларусь».  

Не обращая внимания на шум работающей техники, на стерне, весело размахивая хвостами, отгоняя мух, паслись коровы и бычки. Многих из них я знала «в лицо» - они, как мне казалось, были похожи на своих  хозяек. Я стояла и наблюдала, как шершавым языком жадно хватала из-под ног сочную  траву и моя Манька, низкорослая комолая корова, чем-то напоминающая нашу маму – такая же маленькая,  степенная, медлительная. Чтобы не пугать скотину, свой пастуший посох – метровую палочку с палец толщиной – я спрятала за спину и тихонько, по шажку, приближалась к нашей кормилице. И вдруг слышу зычное: «Лови-и-и!»  В шагах двадцати от меня на границе еще не убранного кукурузного поля, пытаясь обратить мое внимание, кричал, размахивая кнутом и подпрыгивая, мой брат: «Лови! Лови!»  Я сначала не поняла, кого ловить, но потом увидела, как на меня летит какой-то рыжевато-серый комочек.  От неожиданности я швырнула в сторону приближающегося ко мне зверька своё оружие – палку… Надо же было такому случиться: прямо у  самых моих ног маленькое животное перекувырнулось и растянулось, словно плюшевая игрушка. Я упала на колени,  протянула ручку, чтобы погладить зайчика (а это был зайчонок), но тут поняла: умер! Такое страшное горе охватило мое детское сердечко!

- Я убила! Я убила зайчонка! – кричала я, стоя на четвереньках и растирая грязной ладонью слёзы по лицу.

Прибежал папа, который минутой ранее сидел на лесопосадке, прислонившись к тополю, и наблюдал за нами. Он взял зверька на руки, тряс его, шевелил ему лапки и приговаривал:

- Нет! Нет! Ты никого не убила! Ты даже не попала в него своей палочкой… Видишь лапки у него целые! Он просто сильно испугался…

О том, что было дальше, я узнала уже позже из рассказов взрослых. Оказывается, я стала биться в истерике, меня рвало, а потом и вовсе я потеряла сознание в обмороке. Папа взял меня на руки и, оставив стадо на восьмилетнего ребенка, побежал со мной  в деревню. Дома меня привели в чувство, уложили в постель, положили на голову полотенце, смоченное холодной водой… Говорят, я двое суток пролежала в полузабытьи, металась в жаре и в бреду повторяла одно и то же:

- Я зайчика убила!

Из соседней деревни, что в шести километрах, привозили фельдшера, бабушки не отходили от меня ни на минуту: читали суры из Корана, молились на чётках…

Открыла глаза, оттого что мне в руки, лежащие поверх одеяла, вложили что-то теплое и пушистое. Я услышала папин голос:

- Посмотри, твой зайчик уже выздоровел! Он живой! И ты выздоравливай, дочка!

То ли от радости, то ли от слабости (я же с того самого дня ничего не ела и не пила) я даже не обратила внимания на то, что заяц-то был совсем другого цвета, не серый, а какой-то трёхцветный. И, конечно, то, что это не заяц вовсе, а домашний кролик, я тоже не знала. Узнав, что я тяжело заболела, папе маленького кролика привез дядя Моисей из Ново-Федоровки – они вместе в правлении колхоза работали. С этого дня я пошла на поправку. С крольчонком я долго не расставалась: спала с ним, таскала повсюду с собой, кормила его чуть из своей тарелки…

Прошло так много лет с тех пор, а ту детскую боль от вины в смерти маленького существа помню до сих пор.

Ответ на пост «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

Подержите, как говорится, моё пиво. Поехали мы как-то раз в гости, справлять Новый Год в деревню. Несколько семей. А зима в том году была дюже снежная и холодная. Мы с женой, чтобы не обременять себя, поехали на друге, точнее с ним вместе на его новенькой иномарке. Решили типа посмотреть чё за машина, да и хозяева настойчиво намекали что места для парковки не очень ибо снега намело ужас как много и машины просто девать некуда, поэтому просили чтобы мы не приезжали все на своих тачках а как-то скооперировались. Приехали последними, припарковались, "заперли" всех остальных. Двор, в нём машины. Выезд из двора, тоже машины. И самая последняя - "наша". А справа и слева сугробы мне по шею.

31 декабря как водится все напились, 1 января едва проснулись где-то к полудню, кому надо тот опохмелился, вроде нормально всё, но как-то уже скучновато стало, домой захотели в город. И тут выясняется что этот блядский пепелац замёрз к хуям. Вот стоит просто кусок металла ни на что не реагируя. С вероятностью 90% аккамулятор надо отогреть и всё будет нормально. Но тут оказыватся что вынуть аккамулятор из него просто так невозможно. Аккамулятор закрыт каким-то кожухом. Нужен какой-то специальный ключ. То ли со специальной головкой, то ли длинный чтобы доступ иметь в потаённые места, то-ли какое-то секретное знание которым хозяин не владеет. Ключ точно существует, но он лежит у хозяина дома. Руководство тоже есть. Но оно тоже дома. Да похрен, я вообще в машинах не разбираюсь и никогда не интересовался, для меня что автомобиль что атомный реактор - устройства одинаковой сложности. А дело уже идёт к вечеру. Жена ноет что ей тут всё уже надоело. Да и самому хочется принять уанну, выпить чашечку кофээээ.

По результатам обсуждения было принято решение что надо кому-то вернуться в город на общественном транспорте, приехать со своей тачкой, выдернуть этот кусок металла, заблокировавший всех и настанет всем счастье. Вызвался я. Я точно знал что мой тарантас заведётся потому что он заводился с полпинка и в более холодное время. Но есть нюанс. 1 января автобус в город ходит только из соседнего посёлка, а из этого нет. До посёлка может пара-тройка километров по дороге, ну 5 максимум (как оказалось потом 10 км). Мы по ней проезжали, я помнил что там вроде недалеко.

Это была присказка. Сказка только начинается.

Я бодрый и тепло одетый выдвинулся в сторону соседнего посёлка. Поднялся на пригорочек. За ним другой. Поднялся на другой. За ним третий. Иду бодро. А тучи тем временем сгущались. Температура ещё подупала. Началась лёгкая метель. Дорога заметно ухудшилась. Если раньше я шёл по обочине, покрытой плотным настом, что было вполне комфортно, то теперь обочина была обледеневшая, и скорость передвижения упала. Легкая метель превратилась в сильную так что видимость стала никакой. Оказалось что я хоть и был одет тепло, но недостаточно тепло. Я внезапно понял что замерзаю. Пальцы на руках постепенно теряли чувствительность. С ногами начались проблемы. Не в том смысле что они не шли, а в том смысле находясь на обледеневшей поверхности рулить полузамёрзшими ногами получалось намного хуже. Дальше пришла головная боль, которая постепенно усиливалась. Возвращаться обратно? Я уже шёл второй час, значит обратно столько же или больше. Идти вперед, может я уже недалеко? Или всё ещё далеко, шёл-то медленее чем ожидалось? Разумеется мобильная связь была никакущая. Телефон показывал одну палку, но попытка вызвать друзей на помощь приводила к тому что абонент не абонит. Попытка набрать СМС ни к чему не приводила, оно никуда не отправлялось, я только ещё больше отморозил руки.

Вокруг была темнота, не видно не зги из-за летящего снега, холод. И тут до меня дошло что примерно через полчасика или ноги окончательно потеряют чувствительность и я уже никуда отсюда не уйду. Совсем. Или меня добьет усиливающаяся головная боль. Что делать непонятно. Похоже пиздец, самый настоящий.

Спасла меня счастливая случайность. Какому-то мужику тоже оказалось нужно в город и именно 1 января, во время когда никто никуда не ездит, и он поехал именно этой дорогой. Подобрал меня уже почти замёрзшего, едва ворочающего языком, чуть не сбивши (но мне уже было похрен). Довёз меня прямо до дома. Я отогрелся, оделся теплее, сел в свою машину, вернулся обратно и вытащил этот автомобиль заблокировавший всех. Никому не сказал что чуть не замёрз насмерть. Парадоксально, но никаких последствий для здоровья я не понёс, даже не простудился. Но хрен я теперь куда-либо пойду зимой пешком, если объект не находится в прямой видимости.

Ночная дорога

Василич и Татьяна долго благодарили и всё пытались всучить на прощание какие-то банки. Я не первый раз отвозил соседей в деревню, но в этот раз они поскреблись ко мне как-то уж слишком поздно: за окном начало смеркаться, а путь до деревни был не близок. И вот теперь я садился в машину, когда на небе уже мерцали звёзды и Луна. Старики стояли у своей калитки и махали руками, я вывернул на деревенскую улицу и поехал домой. Спать.

Машина пробиралась через тьму. В этой вымирающей глубинке и днём было не ахти с транспортом, а уж ночами... И тем не мене разбитый асфальт заставлял сбавлять скорость и выбирать дорогу. Зевая, я включил радио. Ведущие будто сговорились, здесь не ловило ничего кроме каких-то заунывных речей про "обстановку..." и песен времён позднего Брежнева. Выключил радио. Нет, это меня не устраивало, я всерьез рисковал уснуть. Тогда я решил добраться до какой-нибудь заправки и хотя бы накачаться энергетиками, это хоть как-то привело бы меня в чувство. Как на зло, ближайшая из них была почти в тридцати километрах. Через несколько минут пути я заметил голосующего на автобусной остановке. Это был нестарый ещё мужчина, худощавый и высокий. В лунном свете в темноте выделялись его светлый балахон и широченные льняные брюки. Днём, торопясь, я вряд ли бы даже остановился возле этого персонажа, а тогда... тогда я был рад любому, кто хоть немного развлекал бы в пути. Я остановился. Мужик засунул голову в открытое окно, в его длинные лохматые волосы были вплетены какие-то бусины, гайки и черт-его-знает что ещё. Голосующий деловито спросил:

- Подбросите до Баяндая?

Я решил не отступать.

- Подброшу, по пути...

Мой попутчик сгрёб свой мешок, бросил в ноги пассажирского сиденья, сам ухнул в кресло и протянул костлявую руку для приветствия:

- Павел.

- Э... Виктор, - не ожидал я.

Павел кивнул и умолк. Мы тронулись. Мужик производил впечатление городского сумасшедшего. От него странно пахло: это была смесь запахов сена, дыма, какого-то алкоголя и ещё чего-то мне не знакомого. Он сидел прямой как палка, не касаясь спиной кресла, и, не отрываясь и не моргая, сверлил взглядом черноту перед машиной. Не такой компании я ожидал, но теперь, по крайней мере, мне было не до сна.

Я заводил разговор, но Павел отвечал односложно или не отвечал вообще. Я скоро поймал себя на мысли, что когда он вылезет из машины в этом треклятом Баяндае, то мне станет спокойнее. В тишине мы проехали несколько километров. Вдруг мой пассажир быстро повернул ко мне голову и сказал:

- Не останавливайся!

Я даже вздрогнул:

- Что?.. Эй.. я и не собирался. А почему вы решили...

И тут я увидел: на обочине стояла и голосовала женщина в белом коротком платье, что было очень опрометчиво для холодных августовских ночей. Женщину сотрясали рыдания, она одной рукой зажимала себе рот, но всхлипывания всё равно пробивались. Второй рукой она, заметив нас, отчаянно махала, призывая остановиться.

- Да ну, может у неё что-то случилось. Давайте... - я начал сбрасывать скорость.

- Я тебе скажу, что у неё случилось. Голодная она. Не вздумай тормозить!

- Гол... что? - я ничего не понимал.

Павел что-то зло прошипел и придвинулся ближе, в меня упёрся его лихорадочный взгляд:

- Если хочешь доехать до дома, то не тормози.

Я, будто под гипнозом, снял ногу с педали тормоза. Машина проехала мимо женщины. Силуэт в белом платье проплыл мимо окон, заплаканное лицо, раскрасневшиеся глаза, я почти слышал как рыдает эта несчастная, как, не в силах выговорить ни слова, лишь жестами просила притормозить. Но... машина удалялась. Видимо женщина поняла, что я не остановлюсь и... вдруг упала на четвереньки и быстро-быстро убежала в высокую траву на обочине. Я сидел с открытым ртом.

Павел довольно крякнул, глядя в боковое зеркало.

- Я ж говорил...

- Кто эт.. что здесь вообще происходит?

- Эх ты, городской. Как за городом оказался, так и не знаешь ничего. Третья Луна лета в силу входит...

Павел откинулся на спинку кресла с видом, будто дальнейшие комментарии излишни. Меня же это только разозлило:

- При чем тут Луна? Как это вообще связано с сумасшедшей на обочине?

- "Сумасшедшей"? О нет, она вовсе не сумасшедшая. Они хорошо соображают, в чём-то гораздо изобретательнее людей. Ты что, не знаешь где мы едем? Здесь же лагеря кругом и зоны. Туберкулёз. Закапывают много, да могилки неглубокие... а раз так, то и откопать недолго, и вылезти нетрудно...

Я ошарашенно вцепился в руль, переваривая информацию. Да что он вообще несёт? "Вылезти из могилы" - это он о чем? Что за сказки! Я глубоко вдохнул, глубоко выдохнул, почувствовал себя увереннее и выпалил:

- Что за глупые байки! Кто у вас тут из могил вылазит? Вы меня специально пугаете.

- Нет, если бы. - Павел покачал головой. - Местные - ты заметил? - ночами по этим дорогам не шарятся. Я вот вышел, очень уж нужно добраться, а иначе сидел бы у себя, заперев двери и окна.

- Да кто эта женщина, скажите наконец?!

- Упырь. - я остолбенело смотрел то на дорогу, то на попутчика. Но нет, он не шутил. Павел продолжил нараспев: - Обычный упырь, каких много. Если хоронят неправильно, если покоя нет, то выбирается обратно. Им нет места днём, зато ночь принадлежит им...

Он снова уставился куда-то в черноту за светом фар и рявкнул: "Осторожно!" Посередине дороги прямо по разделительной полосе шли двое детей - мальчик и девочка - и держались за руки. Оба ребёнка были младшего школьного возраста, мальчик тащил на плечах школьный рюкзак. В свете фар они остановились и приглашающе замахали руками. Я сглотнул, откуда было взяться детям в этой глуши? Павел аж завертелся на сидении:

- Не тормози!

- Это же дети...

- Да какие дети?! Открой окно.

Павел не глядя достал из своего мешка какой-то свёрток, разорвал полиэтилен да так и вышвырнул из машины. По запаху я понял, что это сырое мясо. "Дети" бросились на добычу, как животные: они оба неожиданно присели в каком-то странном пируэте и в длинном лягушачьем прыжке одновременно оказались у выброшенного на дорогу мяса. В зеркало заднего вида я с ужасом наблюдал как между ними завязалась драка, странные существа, теряя остатки маскировки, катались и грызлись в пыли.

Мы проехали молча несколько километров. У меня в голове рассудок боролся с бредом, я не понимал как такое возможно, а главное, как это остаётся неизвестным. Если упыри существуют и все местные про них знают, то где комиссии из академий и министерств? Может это просто... эпидемия какая-нибудь? Может люди здесь с ума посходили из-за какой-нибудь не той воды или близости военных производств? Может Павел этот - простой деревенский дурачок, и сейчас его забавляет, как он напугал этого городского с машиной, т.е. меня. А драка школьников за мясо? А женщина на четвереньках? Бррр... моё критическое сознание отказывалось воспринимать эту информацию. Я мечтал добраться уже поскорее до города, запереть дверь на все замки и рухнуть спать, чтобы завтра считать всё дурным сном.

Павел снова напрягся и прошипел: "Зар-раза...". На обочине стоял автомобиль и моргал аварийными огнями. Возле него на дороге стоял мужик и покачивался, схватившись за голову. Мы подъехали ближе и остановились рядом. Всё заднее стекло автомобиля было заляпано огромными красными кляксами, причем изнутри. Кровь была на сиденьях, на светлых ковриках. Мужик бормотал, ничего не видя перед собой:

- Только поссать остановились, только пять минут, только остановились...

Павел недовольно дёрнул щекой и открыл окно:

- Эй, мужик, живые есть?

Мужчина на дороге не обратил на нас никакого внимания. Мой пассажир сказал:

- Я сейчас. Если что - газуй... - и вышел из машины.

Я притих за рулём и наблюдал за ним. Павел обошел вокруг машины, не приближаясь, мужик всё так же стоял и причитал. Затем Павел осторожно заглянул в машину и полез за чем-то на водительское сидение. Мужчина молниеносно оказался у автомобиля и заскочил внутрь вслед за Павлом. Я заорал что-то, что именно - не помню. Два тела кубарем выкатились на проезжую часть, в этом комке не было понятно, где чьи руки и ноги. Я, сам от себя не ожидая, вытащил из бардачка травмат (да-да, знаю, но на наших дорогах иногда трудно) и вылетел из машины.

- Стоять! Я буду стрелять!! - я выстрелил раз в воздух над собой.

Двое застыли на асфальте, затем медленно поднялись, отряхиваясь. Я не верил своим глазам: передо мной стояли два одинаковых Павла. Они были идентичны - на обоих были одинаковые царапины, балахон был одинаково порван! Ситуация, которую так часто отыгрывали все плохие комедии... План родился сам собой.

- Я знаю, что один из вас человек, другой - нет. Сделаем просто. В машине остался твой мешок. Каждый скажет, что я там должен найти. Кто угадает - сядет в машину, и мы поедем дальше. Итак, что в мешке? Говорим на счёт "три". Раз, два...

Оба Павла напряженно следили за мной, отступающему спиной к машине. Когда я досчитал, один выпалил: "фарш", другой - "одежда". Я открыл дверь пассажирского сидения, стараясь не терять этих двоих из виду полез за мешком и начал в нём копаться. Мне под руку попадались какие-то липкие комки, завернутые в газеты и тряпки. Я развернул один - да, это было рубленное мясо, причем явно не свежее. Я направил дуло на того, который ошибся.

- Та-ак, ты! Если двинешься - выстрелю в башку, понял?

Ложный Павел зашипел, изогнулся и, как кошка, приготовился было к прыжку, но я нажал на спусковой крючок. Никогда я не стрелял с такого расстояния, к тому же рука от волнения ходила так, что попасть я мог разве что сам в себя, однако тварь вдруг схватилась неестественно вытянувшимися лапами за плечо и ужасно завыла. Настоящий Павел тем временем уже был возле машины и быстро влез на пассажирское место. Я оббежал машину, заскочил внутрь и нажал на газ. Очень надеюсь, что мы переехали подстреленного упыря, но ручаться в этом не могу. События развивались слишком быстро.

Через пару километров мы оба отдышались. Я нарушил молчание первым:

- Зачем... зачем ты возишь с собой эту гадость?

- А как я, по-твоему, добрался до остановки в лесу? - хмыкнул Павел. - Им же что ни кинь - так они к тебе теряют всякий интерес. Кстати... спасибо.

- Да чего там...

- Нет, ты не понимаешь, как мне помог...

Мы пролетели мимо заправки, было уже не до энергетиков. Я мечтал об одном - убраться подальше из этой чертовой глуши. Ближе к электрическому свету, ближе к железным дверям. Павел же копался в мешке и сокрушался по поводу изодранного балахона. Павел теперь не умолкал:

- Хм, надо отдать тварям должное: маскируются они всё лучше. Этот, с машиной, неплохо придумал, у него почти получилось...

- Да, почти... почти получилось тебя сожрать.

Павел засмеялся:

- Сожрать? Меня-то? Не... тут всё интереснее.

Мы проехали под табличкой "Баяндай 5 км". Мне не понравился этот смех.

- Видишь ли... их главная проблема - могила. Они к ней привязаны, они должны в неё возвращаться... иначе дневной свет их уничтожит. Но деревни вокруг пустеют. А лагеря продолжают работать. Упырей становится больше, а корма...

Я кивнул:

- То-то они вдоль дороги стоят и голосуют всеми правдами и неправдами... - я осёкся, понимая...

Павел как ни в чем ни бывало продолжал:

- Связь с могилой можно разорвать одним способом - если упырю поможет живой тёплый человек, и лучше если несколько раз, тем надёжнее. Поводок тогда оказывается в руках человека. Но, видишь ли, все они такие нетерпеливые, такие голодные, они кидаются на каждого остановившегося и неизбежно остаются на привязи... Но если взять в дорогу еды, тогда голод не лишает разума.

Машина пролетела под синей вывеской "Баяндай", означающей начало населенного пункта. Я сидел, вжавшись в сидение, холодный пот лил с меня ручьём. Запах мертвечины!! Вот чем от него пахло! Вот что он пытался замаскировать!

- Ты всерьез думаешь, что подстрелил Урга? Пфф, во-первых, нас не берут пули, во-вторых, с такого расстояния из этой пукалки? Но актёр он замечательный, да. Я помогу ему выбраться, как он помог мне. Или нет. Ещё не решил. Впрочем, село — это гораздо лучше, чем дохлые деревеньки, здесь и двоим хватит... Остановись вот тут.

Я нажал на педаль тормоза...

"Павел" сосредоточенно и внимательно глядел на меня.

- И последнее. Для уничтожения поводка должен исчезнуть его владелец...

- Стой, я не...

Автомобиль Тойота Ярис гос. номер E57*TK38RUS был обнаружен на окраине села Баяндай. На водительском сидении, руле, приборной панели обнаружена кровь, предположительно, владельца а/м. Владелец а/м считается пропавшим без вести.

Ответ user9221601 в «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

История не моя. Но поразила меня до глубины души.

Лет 10 назад я лежала в хирургии. И была в моей палате девочка. 18 лет. Пусть будет Лена.

Разговорились, подружились. Её история.

Близкая подруга позвала попить пиво. С её хорошими знакомыми. Лена согласилась.

Ну а кто из нас не ходил в 18 лет пиво пить в хорошей компании?

Посидели, попили. И та подруга уходит, сказав, что сейчас за сигаретами сбегает и придёт.

Ещё немного посидели, той девочки всё нет. Лена начинает переживать.

Парни начинают раскручивать на секс.

Лене страшно. Пытается уйти. Дверь на замке.

Окно открыто. 3 этаж.

Она выпрыгнула от трёх мужиков.

Повезло, упала на клумбу.

Итог: из переломов только рёбра. Больше всего пострадали внутренние органы, печень, почки, селезёнка. К тому моменту, когда с ней в больнице познакомились, пережила 3 операции. Под вопросом стояло удаление почки. Удалили.

Меня выписали. Некоторое время с ней созванивались. И операция за операцией.

Недавно опять заобщались. Живая.

Те парни отмазались

Ответ на пост «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

В детстве когда проводил время на даче, были у нас в компании 2 девочки, сестры. Жили они через пару улиц. Поговаривали они, что папашка у них напивается до чертиков, но я как то в это не верил, прикольный мужик, строгать меня учил, ко мне хорошо относился, в общем не слушал я сплетников. До одного случая.

Шли мы как то гулять, и надо было позвать сестер. Дозвониться до них не могли, отправили меня позвать их лично. Без задней мысли открываю калитку на участок, захожу, подхожу к дому, стучу в дверь. Дальше какое то время никакой реакции, потом возня за дверью. И тут дверь распахивается, как от удара ногой, и из открытого проема на меня смотрит дуло сайги(или чего то подобного, в детстве плохо разбирался). Я слегка подофигел, но опасность в полной мере не осознавал. Вижу, что папашка их явно не в себе(смотрит на меня безумным взглядом и сайгу в руке теребит, явно настроен выстрелить). Дядь Дим, говорю, вы чего, это ж я. Он секунд 10 вглядывается молча мне в лицо, потом начинает также безумно улыбаться, опускает оружие и такой, «а, привет, чего хотел?» Я(капец я дебил был), вместо того, что бы сказать «ничего» и уйти оттуда, говорю, «да вот, девочек погулять хотел позвать». Он опять говорит, голосом пенивайза из оно, «а, извини, они сейчас не выйдут, зайди попозже». Я уже потихоньку начал осознавать, что происходит какой то пиздец, говорю ему: «хорошо, я тогда пойду?». Он говорит: «конечно, иди», и дверь закрывает. Я развернулся, медленно вышел за калитку, и пошел обратно к компании. По дороге встретил жену мужика, которая с автобуса возвращалась, рассказал о произошедшем, она рассвирепела, извинилась за него, и побежала домой. А еще через год он ее застрелил по пьяной лавочке, сел, а девки остались с бабкой и дедом.

Осознал я то, насколько я близок был оказаться с дырочкой во лбу только потом, уже когда время прошло. А тогда норм, страшновато конечно, но ничего такого.

Ответ Capehorn в «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

Есть и у меня в памяти история похожая, те же времена, чуть раньше, начало 80-х, жил тогда в городе Невинномысске Ставропольского края, и однажды меня товарищ позвал в туристический кружок "Чергид", сходили, было очень интересно, нам показали фильм, как они ходили по горам и долинам, "Чергид" -расшифровка "Через горы и Долины", была большая экспозиция всякого железа времен ВОВ, руководитель такой по фамилии Сливко, буквально зажигает собой пацанов. В итоге у меня не сложилось, сначала заболел серьёзно, потом наверстывал учёбу и так этот Чергид прошел мимо меня. Потом году в 87-88 была громкая история про этого Сливко, оказался маньяком-педофилом, несколько убитых, в сети есть подробности, я тогда спрашивал своего товарища, знал, видел?, он говорит кое-что знал и видел, но это была внутренняя тайна и он обещал руководителю никому не рассказывать, в общем трэш и пипец полный, испугался я правда тоже спустя большое время.

Ответ на пост «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

Конец марта, начало 2000-х, мне 14, жила в небольшой деревне у бабушки. Школа находилась в селе в 20 км от нашей деревни.

В школу ездили на школьном автобусе, обычный рейсовый до районного центра тогда ездил всего 3 дня в неделю, ни о каких такси и речи не было.

Закатили в школе дискотеку, кто-то из деревенских договорился переночевать у одноклассников в селе, на следующий день домой уехать. Меня тоже к себе подружка позвала.

После школы пошли к ней домой, готовиться к дискотеке, кудри вить и губы красить.

Немного позже у неё домой вернулись родители, мать и отчим. Мать, увидев меня, стала сразу недовольная, отвела дочь в соседнюю комнату для разговора.

И, как выяснилось в конце дискотеки, когда все пошли по домам, в том числе и мы, разговор этот был о том, что мать не разрешает мне у них ночевать, нечего трясти жопой перед её драгоценным муженьком.

Почему подружка сообщила мне об этом в полночь, а не в семь вечера, для меня до сих пор загадка.

Напроситься к кому-то другому не представлялось возможным, так как все уже разошлись, родственников у меня в селе не было, а первый мобильник у меня появился только через год после этих событий. Мне даже позвонить, чтобы меня приехали забрали было некому.

Было решено идти домой пешком.

Вообще мы ходили пешком из села в деревню, но как правило, по несколько человек, в тёплое время года и днём.

Я всегда боялась и до сих пор боюсь темноты. Находиться ночью одной в лесу для меня смерти подобно. Замёрзла я, конечно, жутко, мои капронки, юбка выше колен и осенние куртка и сапоги вообще не были рассчитаны на то, что я буду в них в -5 идти несколько часов по лесу.

На самом деле 20 км - это 2,5 часа ходьбы при хорошем темпе.

Но сапоги предательски скользили по наледи, что очень сильно замедляло мою скорость.

Один раз мне попалась встречная машина, я успела ускакать в лес, спрятаться между деревьев.

Часа через два я вышла в поля, до деревни оставалось км 8. На тот момент я уже не чувствовала пальцев ног, молилась, чтобы не отморозила.

И тут сзади показался свет фар. Бежать было поздно, да и некуда, до ближайшего леса через поле метров 500.

Машина остановилась, опустилось окно переднего пассажирского сиденья, оттуда высунулась голова паренька, который был явно удивлён тому что я тут вообще делаю, после непродолжительного диалога, который я уже и не вспомню, меня предложили подвезти, так как дорога одна и она ведёт в мою деревню, нам было по пути.

Открылась задняя дверь, два молодых человека любезно подвинулись, я села в машину. В машину к 4 незнакомым парням лет 20.

Мне на плечи накинули чью-то куртку, чтобы согрелась и попросили рассказать что случилось. Пока рассказывала думала доеду-ли я целой до дома, стоило-ли садиться в машину, так-ли я замёрзла, может успела бы добежать до леса и тд.

Минут через 10 они высадили меня возле дома и сказали быть в дальнейшем осторожнее.

Тогда я, конечно, радовалась, что уже дома и ничего себе не отморозила, а сейчас понимаю, что мне крупно повезло, что я вообще вернулась домой.

Спасибо этим молодым людям за благоразумие.

Ответ на пост «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

Год 86, кажется. Мне 14 лет. Еду к деду в гости на каникулы. Электричка. Ростов-на-Дону - Красный Сулин. Дорогу знаю отлично. Езжу так всю жизнь. От площадки "Сельмаш", до площадки " Красный Сулин". Только только стали отпускать одного. Дороги для 14-ти летнего овер дофига ~3 часа - 33 остановки. Скукота. Через примерно час,+/- Новочеркасск, в вагон заходит мужик. Не молодой. Сколько лет, я хоть убей не скажу. В том возрасте любой, кто 40+ это прям пожилой. Но именно мужик, не дедок. Выглядел старше чем отец, которому тогда было 41. Садится рядом. Какое-то время сидит молча, потом начинает пытаться завести разговор: куда едешь, сколько лет. Сейчас разговор с незнакомым хером на такие темы выглядит прям капец подозрительно. Тогда так не казалось. Фигли, три часа сидеть, хз чем страдать. Но я такие "разговоры по душам" Не любил. Была с собой книжка, и она мне гораздо интереснее, чем поговорить про ни о чëм. Я мужику не говорил "олезь мол, гнида", был правильный, хамить старшим не хотел. Но и разговор не поддерживал. Отвечал односложно. Он минут пять поприседал мне на уши и сам отстал. Лицо его я не вспомню никак. Но помню, что был высокий, носил очки. Я их сам носил не очень давно и на это внимание всегда обращал. Говорил негромко, без наезда и агрессии. Отстав, мужик встал и пересел в соседнее "купе", где тоже попробовал завести с кем-то разговор. Я этот эпизод практически забыл. Прошло 10 лет и 100500 чего. Школу окончил, поступил и окончил в универ. Жениться даже успел. 96 год. Мы с женой ужинаем и смотрим ящик. Показывают фильм про нашего земляка по фамилии Чикатило. Ну показывают и показывают. Тогдабыл принцип - жести много не бывает. Но помню лëгкое ощущение дежавю. Как будто что-то знакомое. Особенно, когда показывают главного "героя". Фильм уже закончился, где-то через час меня как током: "Мля, а не с ним ли я ехал в электричке?"

Прям на 100% не уверен. Но, сука, похож. Даже не лицо, я его не запомнил. Какое-то оно невыразительное было. А вот фигура. Высокий, какой-то несуразный весь, в очках. Из за этого не выглядел опасным. Что-то было у него в руках. Сумка или портфель. Позвали бы меня на опознание, почти наверняка не подтвердил бы, что он - тут нужно быть уверенным в своих словах. Но так для себя - он! Ну и косвенные. Время - то. Место - самое то. Между Новочеком и Шахтами. Моя, извиняюсь, персона - вполне, предпоследней жертве было 16, мне на тот момент 14. Ну и то, что тип пересел знакомиться дальше, когда понял, что я на контакт не иду. Я потом читал книгу о его похождениях "Операция лесополоса". Там через строчку знакомые названия станций и остановочных площадок той самой железной дороги, по которой ездил на каникулы к делу.

Прямо скажу, абсолютной уверенности, что не ошибаюсь нет. Может типу просто скучно было, вот и пошёл искать свободные уши. А может...

Ответ на пост «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

Москва 1998. Мне 5 лет. Мама с утра до позднего вечера торгует на рынке, Эдик (так звали моего отчима) ей там чем-то помогает (в основном он дома прибухивал, но в этот день он был с мамой).

Дано: я и моя двоюродная сестра (3 года), Мама:
- сидите дома, смотрите мультики, двери никому не открывать.
Закрываю дверь изнутри на защелку.

Это весьма частое явление: дети (мы) весь день дома, бабушка довольно далеко, позволить домработницу нет денег , просить кого-то из друзей и родственников - тоже все работают.

Мать с 7 утра на оптовый рынок (это могли быть Лужники или Черкизон), затаривается 3-5 сумками вещей по 10 кг каждая, на раскладную тележечку и в метро везёт обновлять товар на точках. У неё их было 2, поэтому ей требовался такой вот долбоящер как Эдик, который хоть как-то, но перекрывал её потребности принеси-подай. Обычно в 16:00 он дома, а мать приезжает в 22:00. Иногда он ездит собирать точки и возвращается вместе с ней.

К истории. Уже наверное часов 16, мы вдвоём с сестрой проводим время и ждём Эдика.

Звонок в дверь, мы с сестрой идём открывать, я смотрю в глазок, там 2 силуэта
- кто там?
- *Южный акцент* мы от Эдика, попросил передать нас пустить, чтобы мы его дома подождали.

Эдик примерно в это время уже дома, но его всё нет. Мы оба боялись Эдика, поэтому я предположил если он сказал пустить гостей, значит так и нужно сделать, иначе ремень по жопе (а если он пьяный, то силу совсем не рассчитает).

Сестра сзади вроде тоже не против, я же за старшего... и я открываю дверь.

Дверь распахивается и без резких движений нас обоих поднимают за подмышки и несут в комнату, сажают на диван рядом, просят сидеть тихо играть на диване.

Двое мужчин в кожаных куртках и кепках захлопнули входную дверь и ходят по квартире. Смотрят по сервантам, заглядывают в шкафы, книги, вынимать золото и деньги. Мы всё это время просто молча сидели на диване и за всем наблюдали. В комнате стоял огромный по тем меркам цветной телевизор филипс. Его они уволокли вдвоём.

Проходит какое-то время и возвращается Эдик. Ему я на радостях сообщаю, что пустил его друзей, но они уже ушли не дождавшись. Вскоре возвращается и мама.

Единственное продолжение которое помню как милиционер в погонах сидел со мной за столом в комнате и спрашивал их внешность. Глаза черные, джинсы черные, куртка у одного коричневая, кожанная и кепка как у таксистов в фильмах, нос горбинкой. Не русские. Представились друзьями Эдика.

Примерно лет 5 назад разблокировал это воспоминание и был удивлён. Время и контингент в которых вращались мои близкие был довольно диким. Нам с сестрой очень повезло с грабителями, что те не забрали нас с собой и пальцем нас не тронули ...

Ответ на пост «Тред. Какая самая большая опасность вам когда-либо угрожала?»

Армия. Учебка в Ташкенте. Я вырос в семье, где культ прямых рук. Дедушка, потом папа, делали резную мебель которая украшала наш дом, делали пуфики в стиле ренессанса все делалось в ручную, с любовью и надолго. Меня с детства привили любовь к столярному делу. Как то в кабинете замполита я с легкостью отремонтировал старинный дубовый стол, точнее выдвижной ящичек со временем деформированным от пьяного запихивания нервных хозяев. Вот и стали меня привлекать по "специальности". Где табуретки отремонтировать, солдатские тумбочки и прочею столярку. Как то после утреннего развода подходит замполит. - Слышь, боец?! Мне это, кухню югославскую привезли (мебель значит) Она разобранная, в коробках, надо бы повесить у меня дома. Я тебе пропуск на увольнение сделаю, там жена встретит, покормит тебя. Чем быстрее сделаешь, больше личного времени - сам понимаешь! Приказ командира - закон для подчиненного. Доехал быстро, благо дело служебка шла в сторону дома замполита.

Жена у замполита, та еще сука девушка с запросами. Японский, тонкий расписной халат под которым ничего нет, на голове полотенце башней после душа. Встретила меня радушно - о-оо! солдатик, давай проходи на кухню - там мебель.

Ташкент, лето жара пипец какая. Гимнастерка за пол часа мокрая, хоть выжимай. Хозяйка - ты это, гимнастерку скидывай, да и штаны заодно. Я тебе шорты мужа дам...

Вот, по пояс голый в шортах мужа я собираю эту югославскую мебель. Она угловая, куча крепежного материала, инструкции на русском языке нет, да и картинки ничего не говорят, только собранный уже вариант. Думал по быстрячку соберу, хрен там. Часов шесть мудохался с этой мебелью. Правда покормила меня хорошо, сухого вина налила. Она симпатичная конечно, но на тот момент ей за трицатку наверное было. А мне едва 19 стукнуло, для меня она старуха на тот момент ( да простят меня 30-ти летние девушки) В процессе работы разговариваем, смеемся. Соседка зашла, что-то там спросить. Ехидно так посмотрела на меня - Везет тебе подруга, солдатики вот ходят, пАмАгают - коверкая последнее слово хитро проворковала соседка...

Последний шкафчик я повесил где то ближе к шести вечера.

Сели за стол. У хозяйки роскошные рыжие волосы, халатик так она и не переодела. Остаток белого сухого вина разлили по бокалам, ваза с конфетами, блюдце с нарезанными фруктами. И здесь грохот резко открываемой двери и пьяная морда замполита - чего, блеать ебётесь!!! ПМ в руках у него, у меня глаза, как блюдца.

Резким движением замполит хватает за халат жены и дергает - шалава!!! Халат распахивается под которым ничего нет. Я примерз к стулу и с охуевшими глазами наблюдаю происходящие. Выстрел поверх головы - поубиваю суки!!! То ли от страха, то ли от нервов я начал сползать со стула.

- Ты чего мудак творишь! Истошный вопль супруги. Импотент штабной, только пистолетом махать и можешь. Иди нахуй козёл вонючий!!!

Я посмотрел на окно и решение пришло мгновенно. Благо дело родился на море, нырять умею.

в секунды я рыбкой сквозь двойное стекло ныряю на свободу. Благо дело первый этаж и под окном еще навес подвала. Я мчался по двору с голым, местами порезанным стеклом торсом, босиком и в замполитовых шортах. На КП меня тормознул летеха, охуевший от моего вида и больше от рассказа. Скандал конечно замяли. Замполит извинялся, проставился знатно. Как он мне объяснил свое поведение. Соседка позвонила своему мужу (он прапорщик в части) ну и рассказала ему, что пока муж служит - его жену ебут солдаты. Тот к замполиту, так мол и так - ебут твою благоверную. Тот накатил и помчался на горячем ловить.

До конца учебки я катался, как сыр в масле))) Но страха сука натерпелся на всю оставшеюся жизнь. Хотя потом был Афган, и это совершенно другая история....

Fastler - информационно-развлекательное сообщество которое объединяет людей с различными интересами. Пользователи выкладывают свои посты и лучшие из них попадают в горячее.

Контакты

© Fastler v 2.0.2, 2024


Мы в социальных сетях: